Помогать другим — жизненная необходимость

Дата публикации:16.11.2016

Помогать другим — потребность, необходимость, образ жизни. В этом видит смыслы служения староста кладбищенской церкви в честь иконы Богоматери «Утоли моя печали» в поселке Валдушки и медбрат Валерий Смирнов. Он окончил медицинские курсы при Северном государственном медуниверситете, еще учась, устроился на работу в областную психиатрическую больницу. Его задача — принять пациентов и сопроводить их до палаты: на все про все уходит не более часа, и за это время Валерий пытается достучаться порой до наглухо закрытых сердец,  вернуть из мира воображаемых химер в мир, задуманный Создателем.

— Валера, кто составляет контингент, с которым вы работаете?

— В нашей больнице проходят лечение люди с изменением психики, нарушением работы головного мозга, изменениями здоровья на фоне употребления алкоголя и наркотиков, люди, склонные к самоубийству, к неадекватному поведению. На территории больницы есть специализированное реабилитационное отделение.

Часто «скорая» привозит к нам молодых людей, которые находятся под воздействием наркотиков. С печалью приходится констатировать, что сильнодействующие наркотические средства распространяются не только в городе, но и в деревнях, и в селах. Организацией сельского досуга никто вплотную не занимается, молодые люди предоставлены сами себе. Кино, культурные развлечения, вечера отдыха остались в прошлом. Как молодежь развлекается? В лучшем случае — это походы в магазин за спиртными напитками и посиделки, итог такого образа жизни – деградация. К нам поступают из самых отдаленных районов области, причем много подростков, начиная с 12 лет, и они уже имеют представление о видах наркотиков.

Многих людей среднего возраста привозят после попытки самоубийства, близкие или друзья успевают их удержать и спасти. Половина самоубийц находятся в состоянии, которого после случившегося сами не могут объяснить в силу химических воздействий на мозг, это может быть алкоголь, наркотические средства или просто состояние психоза на почве семейных скандалов. Остался человек без работы, развелся с женой и  — в силу жизненных обстоятельств у него возникает психоз.

В клинику в день поступают 20-25 человек с разными психическими заболеваниями. В области процент таких больных достаточно высок. К слову, сейчас медики фельдшерских пунктов в районах могут оказать первичную помощь людям с психическими расстройствами. Если случай сложный, пациента отправляют в наше учреждение.

— Как вам удается установить контакт с человеком, находящимся, мягко говоря, в неадекватном состоянии?

— В мои обязанности входит доставка пациента до отделения, и вот за эти несколько десятков минут пытаешься убедить человека изменить свое отношение к жизни. Здесь я опираюсь на свой жизненный опыт. Тем, кто внемлет, пытаюсь что-то объяснить, рассказать о Боге, о том, что самоубийство — самый тяжкий грех на земле. Отмечу, что среди людей верующих суицидники мне не встречались.

— Итак, допустим, за 40 минут нужно вывести человека из состояния транса. У вас есть своя методика? С чего начинается ваша беседа?

— Прежде всего, это вопросы житейского характера: что привело в приемное отделение? Начинаем общаться, становится понятно, откуда возникает такое состояние. Если человек неверующий, объясняю ему, что лучше всего понять себя можно, придя в храм, стоя на богослужении, задумавшись над смыслом жизни и над происходящими в твоей судьбе событиями. Да, совершил человек грех, пытался наложить на себя руки, но через обращение к Богу, покаяние, усердие, молитву можно многое изменить. Стараюсь раскрыть им глаза на то, что, помимо материального мира есть мир и духовный.

Молодые люди, которые сталкиваются с проблемой наркотиков и алкоголизма, считают, что самостоятельно полностью избавиться от этой болезни невозможно. Тогда возникает вопрос: а кто может помочь, если ты готов исцелиться? Спасение происходит через веру, через силу духа, и чем сильнее вера, тем больше крепчает дух. Есть люди, которые считают, что Бог у них в душе, и в храм не ходят. Но обращение ко Творцу, когда ты на богослужении, гораздо сильнее, чувствуется благодать. Приходишь на службу и понимаешь, что, если были проблемы, они растворяются. Храм покидаешь обновленным. Когда начинаешь делиться этим опытом с людьми, они прислушиваются.

Если бы на территории больницы был храм, совершались бы богослужения, люди, даже немного задумавшиеся о Боге, могли бы испытать это на своем опыте. В разговорах пытаюсь объяснить, что надо менять свою жизнь, искоренять дурные привычки благодаря вере, Православию.  Думаю, размышления об этом, стремление найти Бога Живого — лучший вариант для человека, чтобы поправить здоровье и духовное, и физическое, это же находится во взаимосвязи. Если у человека есть какое-то заболевание, а веры в душе нет, он только сильнее расхворается, болезнь будет усугубляться. Настрой на помощь Божию облегчает страдания и физические, и духовные.

— Больница — место, где должны возводиться храмы?

—  Больница должна быть лечебницей не только тела, но и духа. Нужны не просто задушевные разговоры в коридоре, но организованная церковная жизнь.  Если будет организован приход на базе больницы, ближе станут проблемы других людей, можно помогать друг другу не только словом, но и делом — кому-то с трудоустройством, кому-то с оформлением документов или материальной помощью. Кстати, на территории Талажского поселения тоже нет ни часовни, ни церкви, люди из окрестных поселений могли бы приходить на богослужения, а не только медперсонал и пациенты. Пока  же священники приходят к пациентам в индивидуальном порядке.

Здесь же  само назначение больницы — лечение души. А кто лучше, чем наша Православная Церковь, может заниматься лечением души? В Евангелии сказано: «По вере вашей да будет вам» (Мф. 9:29). Ну и если мы люди верующие, то должны помочь другим в этой вере укрепляться.

— Хорошо, Валера, а зачем вам все это нужно?

—  Я до определенного времени не верил ни во что. Рос в советские годы, и, естественно, Православия нам никто не преподавал. Отец был политработником. Воспитывались в среде безверия. Но годы шли, чем взрослее я становился, тем более задумывался о смысле своего существования. Мама и бабушка были верующими, но в доме об этом говорить было не принято, на богослужения они ходили в Ильинский собор, втайне от нас. В 25 лет я принял таинство Крещения, так Господь управил. Стал ходить на службы, и вся моя жизнь была уже связана с верой в Бога. А потом все повернулось так, что и отец изменил свое отношение к Православию — стал посещать храм, к закату своих лет, несмотря на то что всю жизнь прослужил на политическом поприще.  Дальше — помогал вместе со мной в кафедральном соборе, работал в кочегарке.

 Общаясь с людьми, вспоминаю свою жизнь, — когда-то и я ничего не знал о вере, о Православии. То, что пережил сам, какие выводы и открытия сделал, пытаюсь донести до других, чтобы они восприняли это, ведь и мне когда-то объясняли, рассказывали, что грешить не надо, не надо идти против воли Божией. Все потихоньку впитывалось, воспринималось.

— Чувствуете удовлетворение от своей работы, вы, человек, который каждый день соприкасается с измененным состоянием сознания людей?

— Если честно, то после работы как выжатый лимон. Психологическая нагрузка слишком велика, и, бывает, физическая сила идет в ход: есть люди неуправляемые — помимо разговоров приходится ограничивать в движении и применять меры стеснения, которые разрешены законом. Конечно, работаю не я один, а целый коллектив, но в конце дня, после приема 15 больных, усталость очень ощущается…

— И что помогает восстановиться?

 —  Церковь на Валдушках, моя община, хозяйственные дела и заботы. Суббота, воскресенье — я в храме. Молитва и физический труд. Любой стресс, негативное состояние снимаю благодаря вере, службе и молитве. Помолился, и становится легче.

Знаете, помогать другим — потребность, жизненная необходимость, это как образ жизни. Бывают всякие ситуации. Ехал по трассе — ДТП, автоматически остановился, оказал и медицинскую, и психологическую помощь. Однажды ехали с другом по Краснофлотскому мосту, видим, человек намеревается спрыгнуть с моста, остановились — и к нему, вытащили, потом разговорились, оказывается, семейная драма произошла, скандал домашний. Говорит, не вижу других способов, кроме одного— уйти на дно реки. После нашего разговора он передумал… В состоянии шока, аффекта главное — чтобы человека выслушали, не обязательны тут специальные знания, надо просто понять ситуацию, сострадать, не пройти мимо.

И вот насчет сострадания: ну как же общество очерствело… Сколько, между тем, людей, которые нуждаются в помощи, так много людей, которые, не имеют определенного места жительства, у которых нет родственников, семьи. Вот таким можно помочь. Есть ночлежки, где их могут накормить, предоставить предметы первой необходимости, где можно помыться, переночевать, работает и социальный центр, где такими людьми занимаются. Не проходите мимо таких людей … На них надо потратить определенное время, силы, средства. Кто готов на это?

— Валера, а среди врачей много ли верующих людей?

— Вера всегда была необходима, при любых жизненных катаклизмах, политических передрягах. Но не могу сказать, что у нас много верующих врачей. Открытого противостоянии со стороны коллег, врачей не испытываю, но и поощрений тоже. Встречаясь с человеком, который скептически относится к вере, пытаюсь найти с ним общий язык, построить диалог, пытаюсь понять, как переубедить, чтобы он переосмыслил подход к жизни, потому что, я сталкивался в своей жизни с мгновениями, когда молитва помогала, когда понимал, что без помощи Божией и Промысла Божия не обойтись.

Многое у нас считается дополнительными хлопотами, нагрузкой, затратами. Хотелось бы, чтобы епархия помогла договориться с администрацией клиники. Больница, по моему разумению, — место, где человек нуждается в утешении, именно духовном утешении. Беда в том, что многие специалисты живут, с моей точки зрения, слишком примитивно: пришел на работу, выполнил свои строго прописанные обязанности и ушел. У людей просто нет искры… Должно быть определенное состояние души, внимание к людям, которые тебя окружают.

Должна быть община: нельзя зацикливаться на том, что мы молимся, несем слово Божие. Человека не по словам ценят, а по делам. Если помолились, но своими делами ничего не подтвердили, зачем молились? Выходит, слабовато помолились, значит, вера наша слабовата…

Беседовала Людмила Селиванова

Материал из журнала "Вестник Архангельской митрополии" №4/2016

Возврат к списку




Публикации

Насаждение неоязычества — это вовсе не возрождение религии наших предков
13 Окт 2017

Насаждение неоязычества — это вовсе не возрождение религии наших предков


Председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион прокомментировал специальный репортаж Александра Лукьянова «Свидетели Перуна», который был показан на телеканале «Россия 24».

Судьба "Матильды" - уже отработанный медийный шлак, теперь нам будут навязывать тему "православного экстремизма"
9 Окт 2017

Судьба "Матильды" - уже отработанный медийный шлак, теперь нам будут навязывать тему "православного экстремизма"


В преддверии премьеры фильма Алексея Учителя "Матильда" не утихают споры об исторической достоверности сюжета картины, о границах допустимого в искусстве, о праве государства контролировать отечественный кинорынок.

Поговори со мной на моем языке
18 Сен 2017

Поговори со мной на моем языке


Ощущение внутренней беспомощности как условие успешной проповеди, песочные слова-образы как импульс для размышлений о любви, дружелюбный тон по отношению к миру как избавление от маргинального сознания. Протоиерей Павел Великанов — доцент Московской духовной академии, главный редактор портала «Богослов.Ru» — раскрыл свое видение жизни Церкви.

Архангельск для меня родное слово
14 Сен 2017

Архангельск для меня родное слово


Необъяснимым образом бывают связаны с Архангельском люди, чьей жизни мимолетно коснулся крылом Архангел: может, фамилией в родословной, а может, романтическим увлечением беломорскими далями. А искания, открытие себя — это как предчувствие встречи.