Мы будем счастливы

Дата публикации:21.12.2016

Родившись в Сибири, он за 25 лет своей жизни кочевал почти по десятку городов. Она детство и юность провела в тихой деревеньке под Псковом, благоденствуя в теплоте большой семьи. В Псковском духовном училище Андрей и Маша сели за одну парту — он, будто август, серьезный и основательный, она, подобно маю, живая и открытая.

Псков был одной из недолгих стоянок священника Андрея Слинякова, немало попутешествовавшего по стране. В этом городе — знакомство с Машей, три года учебы, гармония улиц, основательность и тишь кремлевских стен. «Такой маленький-маленький Петербург, и это очень здорово, — рассказывает отец Андрей о том, что ему больше всего понравилось. — В то же время там нет шума мегаполиса, тихое, милое, уютное место. Куда ни взглянешь — храм XIV века, и все пропитано историей. А в Петербурге, где я жил в ранней юности, начались мои духовные открытия».

Затем были другие города и события: поступление в Московскую духовную академию, армия, после возвращения работа личным секретарем наместника Высоко-Петровского монастыря в Москве игумена Исидора, а когда его рукоположили в епископы, последовал перевод в Смоленск. Еще несколько лет — и священник с женой Машей и дочкой Василисой поселились в Архангельске.

«На Севере люди более открытые, чем в столице, — говорит о своем восприятии местного колорита отец Андрей. —  Если говорить с человеком начистоту, видишь: душа у него светлая. В Москве в лицо улыбаются, как в Европе, но нужно триста раз подумать, прежде чем понять, что у человека на уме. Здесь же за внешней суровостью, хмуростью стоит радость».

Перемена мест с присущим им антуражем, знакомство с новыми людьми внесли свои поправки в восприятие мира отца Андрея. Теперь он убежден, что из всего можно извлечь свой урок: «Я сменил семь школ. Вот там было сложно адаптироваться, ведь приходишь в класс, где все сдружились, а ты новичок. Потом научился коммуникабельности и впоследствии стал легко входить в новый коллектив. Да, эта смена декораций имела свое влияние. Во всем есть промысел Божий. Может, не сразу, но он угадывается через какое-то время. Наверное, для меня он был в том, что, меняя свое место жительства, я сходился с новыми людьми. А ведь быть священником — значит быть общительным человеком, который должен найти подход к любому, кто приходит за помощью».

В то время как отец Андрей приноравливался к новым обстоятельствам, Маша наслаждалась безмятежностью родительского очага. «О, у меня все просто», — говорит она.

Маша седьмая, самая младшая в семье. В их доме возле церкви, в которой папа, протоиерей Владимир Бабин, по сей день служит настоятелем, всегда было дружно и весело. На новогодние праздники строили снежные крепости, лепили Деда Мороза, потом делали фото на память, чтобы спустя 12 месяцев сравнить себя с прежними. «Собираясь вместе, вспоминаем, как замечательно было в детстве, как много времени проводил с нами папа», — с улыбкой произносит Маша и рассказывает о распорядке дня семьи священника. Подъем и общая молитва, завтрак, школа, а после вновь встречи за обеденным столом и ужином, когда вся команда делилась впечатлениями о прошедшем дне. Поднимали руки, чтобы рассказать о своих приключениях и достижениях, иначе никак — эмоции  переполняли, в комнате стоял шум-гам.

«Очень хорошо, что у нас многодетная семья, — считает Маша. — В этом плане мы чуть-чуть разные с Андреем, потому что у него со старшим братом большая разница в возрасте, а у нас каждый новый ребенок был младше предыдущего на два года. Мы всегда держались вместе, всегда были сплоченными. У нас был свой мир, и, мне кажется, в этом был плюс. Потом все разъехались — в разные города, в разные учебные заведения, но мы общительные, быстро находим контакт с людьми и занятия по душе. Конечно, постоянно встречаемся и созваниваемся друг с другом. Этот стержень дали родители, и я им очень благодарна за такое воспитание. Они сами открытые и простые. У папы в роду много священнослужителей. На престольный праздник 31 июля 15 священников собираются с семьями. И это все здорово, потому что в мире, в котором много зла, мы едины. Садимся за большой стол — 30-40 человек, это только родственники! И в другие дни родительский дом полон друзей, знакомых, а мама уже привыкла к тому, что двери никогда не закрываются: папа всех зовет в гости, у нас так принято».

Не чувствовали ли Маша, что чего-то не хватало, особенно в юном возрасте, человек испытывает особое стремление к новым ощущениям? Схема «школа — молитва — духовное училище» могла показаться однообразной, да и наверняка хотелось немного нарушить стандарты. «Взрослеешь и понимаешь, что в мире быстро можно испортиться, а у тебя есть границы, рамки, — рассуждает Маша.  — Потом понимаешь, что другого уже не надо. И выбранная стезя тебе помогает. В переломном возрасте, в 17-18 лет, хочется порой натворить плохого… А тут — контроль, нет, не строгий, но это очень многое значило, для меня например».

У отца Андрея в роду священников не было, до пятого колена, это он знает точно. На его выбор повлиял старший брат, живший в молодости не совсем праведно. Однако, будучи человеком волевым, сумел жизненные коллизии обернуть в пользу  — пришел к вере, и ныне он иеромонах. «В начале 2000-х годов брат приехал из Сибири в Петербург, попал в неловкую ситуацию. Когда взмолился Богу, что-то в нем щелкнуло, бросил неправедные дела, устроился в Казанский собор дворником, потом стал смотрителем. Как раз в тот момент мы с родителями и перебрались в Петербург.

Меня, 13-летнего подростка, брат брал с собой на работу. Помню, как читал «Псалтирь Пресвятой Богородице». Это мои первые воспоминания от входа в Церковь  – читал неправильно, стыдился, краснел, но продолжал, а потом мне говорили «спасибо», а я не понимал, за что меня благодарят. Казанский собор — это огромная машина, поразившая меня. Под ним катакомбы, множество комнат, закутков, странноприимный дом, несколько столовых. Целый маленький город.

После богослужений брат чистил ковры, с восьми вечера до часу ночи шла уборка. Возвращались домой, беседуя, идти нужно было минут 40. В этих ночных разговорах я узнавал что-то новое. Улавливал не только информацию, но дух, который обитал в моем брате, тогда неофите в Церкви, яркий дух Православия понемногу входил и в меня. Это было семечко, возросшее позже».

Отец Андрей поступил в Петербургский институт машиностроения и работал на подворье Оптиной Пустыни на Васильевском острове. Там предоставляли жилье и еду, с утра студент отправлялся на учебу, вечером трудился. Это был хороший вариант для самостоятельной жизни в Петербурге. Родители к тому времени переехали, по службе, в город Дно под Псковом. «Наверное, самый большой переворот в моей жизни произошел, когда я понял, что не хочу быть инженером, мне нужно что-то другое, — объясняет отец Андрей. —  Ушел из института и по благословению поступил в Псковское духовное училище. Там мы и познакомились с Машей».

В Архангельске отец Андрей служит настоятелем строящегося Спасо-Преображенского собора и храма в честь иконы Божией Матери «Неопалимая Купина», и совсем недавно, как человека энергичного, его назначили руководителем молодежного отдела. На вопрос: «Рождается ли уже что-то в голове по поводу нового послушания?» отвечает без промедления: безусловно, планов много. «Сейчас моя задача — встать "на рельсы", постараюсь наладить работу с молодежью на всех уровнях. Познакомился с начальником управления по молодежной политике, начальником агентства по спорту, налаживаем контакты, обсуждаем планы. Также стараюсь работать напрямую с молодежными организациями, начал работу с Домом молодежи, с военно-патриотическими клубами. Самое главное не упустить ничего. Часто служу молебен на начало благого дела. В нем есть слова Евангелия от Матфея: "Толцыте, и отверзется вам" (Мф. 7:7). Так вот задача священников — прежде всего стучаться во все двери, в которые возможно, быть локомотивом, который будет тянуть за собой и тянуть к себе. Задача отдела — стать движимой силой для развивающегося молодежного движения».

Маша поет в архиерейском хоре, а за маленькой Василисой в это время приглядывают церковные бабушки, за что мама им очень благодарна. «Сейчас Василиса спокойная, но характер потихоньку меняется, все же почти два года.  К слову, себя она называет Катей, — улыбается Маша. — Есть ли у нас свои принципы воспитания и всегда ли мы сходимся во мнении? Раньше я все разрешала: хочет лезть в грязь, пусть лезет, чтобы поняла, что этого делать нельзя, хочет в лужу, пусть лезет, ну положу я мокрые ботинки на батарею — высохнут. Потом Андрей сказал: нужно ограничивать ее.  Она уже знает слово "нельзя", и это хорошо. Я пытаюсь ей объяснить, что должны быть границы. Если пришли в храм, значит, разговаривать нельзя, баловаться нельзя, все равно что-то же отложится в голове. Может, пропускаем что, мы не идеальные родители, но стараемся. Я очень переживаю за то, какой она вырастет. Если сейчас не вложим, нам и "отольется"».

Все трое чувствуют себя в северных условиях вполне уютно и комфортно. Маша сожалеет лишь, что далеко от родителей,  к которым так привязана, но теперь у нее своя семья. И опять с улыбкой: «Раньше были непонятки, а сейчас — свой семейный очаг, где-то я промолчу, где-то меня послушают… Отец Андрей молитвенник. Постоянно на молитву призывает, иногда так поваляться хочется, а он: помолимся, хотя бы кратенько. Василису с собой зовем. Хочется дать ей что-то из собственного воспитания, из своего детства. В 15-16 лет не вложишь в ребенка: вставай и молись, нужно этим заниматься сейчас. Она уже приучена — перед едой, после еды, в конце папиной молитвы произносит:"Аминь"».

Молитва сохраняет семью, говорит отец Андрей: «Это наше общение с Богом, Господь незримо присутствует в каждой жизни, даже в жизни тех, кто не задумывается о Нем. Владыка Даниил однажды сказал на проповеди: дождик, когда идет, падает на всех — и на православных, и не на православных. Бог знает наши желания, но не вмешивается в нашу жизнь. Однако, когда мы сами просим Его, Он направляет.  

В этом смысле молитва — универсальное средство помощи. Ведь приятно, когда есть покровитель, но мы почему-то забываем, что у нас есть Покровитель на все времена, Который может дать абсолютно все и при этом знает, что нужно дать в конкретный момент. Имея упование на Бога, прося Его и приглашая через молитву в свою жизнь, мы будем счастливы. Это касается и семьи. Господь может направить, даровать силы, а может отнять в какой-то момент Свою благодать, чтобы мы старались к Нему идти. Его присутствие в нашей жизни обязательно, без Него будем валяться в грязи и не сможем пальцем пошевелить. Он наполняет жизнь и помогает даже в те моменты, когда мы опускаемся, грешим, и тем не менее Своей милостью Он не отступает от нас. Потому молитва в семье — одно из первых дел, к которому нужно прибегать.

Она умножает и сохраняет любовь. Когда просим у Бога любви, Он дает не чувство привязанности, а испытания, в которых мы сами свою любовь будем взращивать. Испытания в нужной мере, чтобы, проходя через них, мы  действительно любили друг друга больше. Когда нас все вокруг любят и мы в ответ любим, это не любовь, это взаимная выгода, а любовь тогда, когда ты переступаешь через себя ради кого-то. Жертвенность — высшая форма любви. В семье она очень важна и особенно остро чувствуется. Часто двое людей, каждый со своими внутренним миром, пороками, эгоизмом, когда начинают жить вместе, хотят сделать лучше только для себя, для себя выбивают права. В умении жертвовать не то что собой, а какой-нибудь мелочью, своим маленьким правом на что-то, вот в чем заключается любовь. Тогда тебе легко отдавать, и эта привычка со временем укрепится. Тогда ты будешь любить, потому что по-другому не можешь, ты так привык. Это настоящий брак, настоящая любовь».

Людмила Селиванова

Материал из журнала "Вестник Архангельской митрополии", №5/2016  

Возврат к списку




Публикации

Метафизика Архангельска
3 Мар 2017

Метафизика Архангельска


Визуальный облик каждого города на планете исключителен. Точно так же неповторимо его внутреннее, смысловое наполнение, духовная сущность. Метафизика города, что она значит? Ее определяют как «зримое незримого».

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Четверг
2 Мар 2017

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Четверг


Для человека, не очень хорошо знакомого со Священным Писанием, затруднительно понять, в чём мы каемся во время чтения Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского. Упоминаются люди и события из Священной истории, о которых кто-то, может быть, слышит впервые в жизни. Кто все эти люди, что с ними происходило, и как это связано с нашей жизнью? Вот о ком мы слышим в четверг первой седмицы Великого поста...

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Среда
1 Мар 2017

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Среда


Для человека, не очень хорошо знакомого со Священным Писанием, затруднительно понять, в чём мы каемся во время чтения Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского. Упоминаются люди и события из Священной истории, о которых кто-то, может быть, слышит впервые в жизни. Кто все эти люди, что с ними происходило, и как это связано с нашей жизнью? Вот о ком мы слышим в среду первой седмицы Великого поста...

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Вторник
28 Фев 2017

Кто есть кто в Каноне Андрея Критского? Вторник


Для человека, не очень хорошо знакомого со Священным Писанием, затруднительно понять, в чём мы каемся во время чтения Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского. Упоминаются люди и события из Священной истории, о которых кто-то, может быть, слышит впервые в жизни. Кто все эти люди, что с ними происходило, и как это связано с нашей жизнью? Вот о ком мы слышим во вторник первой седмицы Великого поста...