Живи, как Бог велит

Дата публикации:30.12.2016

Не живи, как хочешь, а живи, как Бог велит. Так учила героя этого материала его бабушка. Много лет потребовалось мастеру Сергею Дмитриевичу Бондареву для того, чтобы повторить эту мысль с полным осознанием ее истинности.

Когда я был молод, жизненные планы имел совершенно иные, мечтал совсем о другом. Я получил два высших образования, закончил перед этим техникум. Одно мое высшее — педагогический институт, специальность «Учитель истории». Мечтал закончить аспирантуру, защитить кандидатскую и докторскую, заниматься наукой. Другое мое образование — Ленинградский институт советской торговли, специальность «Бухгалтерский учет и анализ хоздеятельности предприятий». Я даже был директором нескольких столовых, но потом решил все бросить.

Давно-давно, еще после техникума, работал на заводе в Переславле  помощником жестянщика. Жестянщик, кровельщик — профессия-искусство, настоящий чеканщик может сделать все, что угодно, начиная от самовара, заканчивая чем-нибудь изящным. Мне понравилось, как тот мастер тянул металл, загибал его, делал лейки, ведра. Я решил научиться делать так же: за год освоил это ремесло и забыл о нем.

Потом, после торговли и сферы общественного питания, попробовал себя в бизнесе, довольно успешно начал, дело пошло в гору. В 1990-е годы проворачивал производственно-торговые операции, зарабатывал очень большие деньги. Для сравнения могу сказать, когда «жигули» стоили еще шесть тысяч, я заработал миллион.

Почивал…и вдруг звонок

Как-то вечером сидел дома, спокойно ужинал, пил чай, почивал. И вдруг звонок в дверь, открываю, на пороге стоит полковник внутренних войск.

— Вы Бондарев Сергей?

— Да.

— Вы хороший жестянщик, мне сказали?

Я сказал, что давно владею этим ремеслом.

— А у нас тут монастырь открылся, не могли бы вы нам помочь отремонтировать кровлю в корпусах?

В общем, сделал… и мне посоветовали поработать на строительстве Храма Христа Спасителя. Честно говоря, не хотел туда ехать, просто не люблю Москву, суету, меня больше привлекает уединение.

На тот момент еще только строили стены храма. А его предтечей была небольшая деревянная часовня Державной иконы Божий Матери, которая и сейчас стоит рядом с главным храмом страны. Соорудила этот храм бригада Андрея Барабанова, архитектора из Ногинска. С ними-то я и познакомился, их было 14 человек. Они срубили часовню, а я выполнил кровлю, купола, кресты.

Тебе бы на Афон съездить…

Однажды на стройку приехала какая-то комиссия, и отец Гурий, руководивший строительством, подозвал меня:

— Иди, возьми благословение вон у того священника!

Я подошел, взял благословение, а священник сказал какими-то загадками:

— Тебе бы на Афон съездить, но на твоем пути очень много препятствий…

Потом я спросил, кто это был? Старец Наум из Троице-Сергиевой лавры, ответили мне, он тебя благословил на работу по храмам. С тех пор я из этого круга вот уже 20 с лишним лет вырваться не могу. Меня стали засыпать заказами. Я много ездил сначала по Московской области, потом по близлежащим областям, реставрировал кресты, купола, кровлю. Потом задумался: ведь это же все время командировки, жизнь на колесах. Семья брошена! Стал думать, как в одном месте все делать, а потом вывозить. Снял в аренду цех, начал прорабатывать технологии производства. Пришел к идее создать реставрационно-производственные предприятия. Выпуск архитектурных заверший прямо из конвейера — мое изобретение.

Сначала мы делали деревянные каркасы всех архитектурных сооружений,  венчающих здания церквей, так называемых заверший. После 2000 года я решил отказаться от этого, потому что дерево сохнет, его ведет. Для этой цели больше подходили металлические конструкции, я стал изобретать цеховую технологию изготовления малых архитектурных завершей для храмов — куполов, шатров, барабанов, крестов, шлемовидных кровель. Очень много было трудностей, кровь, пот и слезы. Потому что дело новое.

Постепенно стало получаться, и в 2000 году я открыл фирму «Покров».

Своей рукой триста крестов

За эти годы я вырастил много учеников — работоспособный коллектив. Не сижу у себя в кабинете, хоть и директор, захлутром переодеваюсь и иду в цех.

Параллельно над пятью-шестью храмами работаем. География весьма обширная: Московская, Ярославская, Вологодская, Владимирская, Тульская, Орловская, Смоленская, Нижегородская, Курская, Липецкая и Рязанская области. В Архангельской области трудился в Обозерском, Пинеге, Самодеде. Своей рукой я поставил несколько сотен крестов, более трехсот точно.

Кстати, на севере очень распространена шатровая архитектура. Это было изобретено в древние времена. С крыш северных храмов в первую очередь нужно сливать воду, иначе она быстро сгниет.

Умиротворенность

Север…Здесь какая-то благодать, отсутствие суматохи, житейской суеты, люди другого склада. Вот в Пинегу я приехал и увидел, что люди живут уверенно, спокойно: ну нет работы и нет, зато в лесу ягоды, а в реке рыба есть. А ведь там, особенно около Москвы, гонка, меня это не привлекает, мне по душе северная умиротворенность, спокойствие, чистота, благодать.

Понятно, что люди-то ищут материального в жизни, хотят комфорта. Однако любое возрождение наших деревень и поселков все же надо начинать с храма. Если этого не сделать, ничего не получится. Это объединяющее начало. Как у американских фермеров, просто осесть на земле и начать работать, у нас не пройдет, нам нужен храм, у нас другие люди. Если не будем ничего строить, потеряем корни, культуру. Меценаты и спонсоры, которые помогают возрождать традиции, заслуживают памятников при жизни, они настоящие держатели культуры нашей. Если не будем беречь историю, какие-нибудь «американцы» нас растворят, сожрут, ассимилируют.

Хотя, конечно, когда нечего есть, концы с концами не сводишь, детей на ноги не можешь поставить, бывает и не до храма. Я вижу это в людях. Но хочется надеяться, что что-нибудь изменится. На Севере люди более самостоятельные, не избалованные, крепкие, стойкие, закаленные. А в других местах более беспомощные, сильно зависящие от рубильника.

Вот так. Не живи, как хочешь, а живи, как Бог велит. Чем только я ни занимался, а пришел к этому. Каждому дана своя судьба, и все мы выполняем волю Божию. Я, пробовал уйти от работы, связанной с храмами, заняться чем-нибудь другим, более легким, где можно быстрее заработать денег. Но начинались проблемы, все рушилось, а как только возвращался к своему делу, все приходило в норму. Я понял, что это мой крест, который нужно нести до конца, как бы тяжело ни было. Не кривя душой, думаю: так угодно Богу, таково мое жизненное задание. Это я понял прекрасно, с этим и закончу свою жизнь.

 Записал Марк Полосков

Источник: "Вестник Архангельской митрополии" №5/2016

Возврат к списку




Публикации

Насаждение неоязычества — это вовсе не возрождение религии наших предков
13 Окт 2017

Насаждение неоязычества — это вовсе не возрождение религии наших предков


Председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион прокомментировал специальный репортаж Александра Лукьянова «Свидетели Перуна», который был показан на телеканале «Россия 24».

Судьба "Матильды" - уже отработанный медийный шлак, теперь нам будут навязывать тему "православного экстремизма"
9 Окт 2017

Судьба "Матильды" - уже отработанный медийный шлак, теперь нам будут навязывать тему "православного экстремизма"


В преддверии премьеры фильма Алексея Учителя "Матильда" не утихают споры об исторической достоверности сюжета картины, о границах допустимого в искусстве, о праве государства контролировать отечественный кинорынок.

Поговори со мной на моем языке
18 Сен 2017

Поговори со мной на моем языке


Ощущение внутренней беспомощности как условие успешной проповеди, песочные слова-образы как импульс для размышлений о любви, дружелюбный тон по отношению к миру как избавление от маргинального сознания. Протоиерей Павел Великанов — доцент Московской духовной академии, главный редактор портала «Богослов.Ru» — раскрыл свое видение жизни Церкви.

Архангельск для меня родное слово
14 Сен 2017

Архангельск для меня родное слово


Необъяснимым образом бывают связаны с Архангельском люди, чьей жизни мимолетно коснулся крылом Архангел: может, фамилией в родословной, а может, романтическим увлечением беломорскими далями. А искания, открытие себя — это как предчувствие встречи.