Вера мертвая и живая

Дата публикации:17.08.2018

«Вера без дел мертва» (Иак. 2:26). Эта чеканная формула, предложенная в Соборном послании апостолом Иаковом, является одним из фундаментальных принципов христианской этики. Попытаемся разобраться, почему Божественное Откровение считает жизненно необходимым именно деятельное проявление человеком своей веры.

Дело в том, что Бог Библии, совершая спасение рода человеческого, ожидает от нас, как от разумных свободных существ, определенной обратной связи. И это вполне объяснимо, ведь христианство исповедает веру в личностного Бога, а нормальным форматом отношений между двумя личностями являются отношения общения, диалога. Каким же образом христианин призывается выстраивать этот диалог веры?

Прежде чем мы попытаемся ответить на этот вопрос, отметим, что сегодня бо́льшая часть людей в нашей стране заявляет о своей вере в Бога. При этом большинство верующих позиционируют себя как православные христиане. Однако зачастую на вопросы «Что для Вас означает вера в Бога?» или «Как вы проявляете Вашу веру?» люди отвечают, что они просто верят в Божественное бытие, а также произносят популярное в среде современной интеллигенции клише: «Главное, чтобы Бог был в душе, а остальное не так уж и важно». Иными словами, внешнее проявление веры воспринимается как что-то необязательное, поверхностное или даже напускное. Такая вера крайне далеко отстоит от христианского идеала Бого-человеческих отношений, да и прямо скажем, от адекватных межличностных человеческих отношений.

Возьмем, к примеру, отношения между пожилой матерью и взрослым сыном. Скажем, у старушки прохудился дом на даче, и она просит свое чадо помочь ей с ремонтом. В ответ же слышит: «Мам, очень занят, помочь не могу, но знай, я тебя люблю, ты у меня в душе. И это главное». Представим себе и такую ситуацию. Жена, придя домой после тяжелой трудовой недели, за чашкой вечернего чая хочет поделиться с мужем своими переживаниями, получить поддержку, утешение и т.д., а наталкивается на абсолютно равнодушное физиономию своего супруга, обращенную к его гаджету. Пытаясь разобраться, в чем дело, она спрашивает его: «Что такое? Почему ты ведешь себя так, как будто меня в принципе не существует в твоей жизни?!» В ответ она слышит: «Послушай, я верю в то, что ты есть, даже большую часть зарплаты тебе отдаю. Что еще тебе от меня надо?» Сцены абсурдные, не так ли? Да, действительно, одним статичным местом в собственной душе или верой в реальность их существования мы наших родных и близких отнюдь не порадуем. Напротив, мы осознаем необходимость тесного контакта и общения с ними. А вот с Богом дело иное. Его мы куда легче отправляем на задворки своего сознания, снисходительно согласившись с Его бытием. И что еще более печально, такую веру мы почитаем для себя неким нравственным приобретением, т.е. полагаем, что мы хорошо поступаем, если просто верим в то, что Господь существует.

Между тем состояние уверенности в существовании Бога – вещь в принципе нравственно нейтральная, сама по себе она не является какой-либо добродетелью. Чтобы это понять, достаточно взглянуть на само слово «доброДЕТЕЛЬ». Возьмем, к примеру, четыре главных добродетели античного человека: мудрость, мужество (стойкость), справедливость и умеренность. Так, чтобы назвать человека мудрым, мужественным, справедливым или умеренным, мы должны видеть его конкретные дела, проявляющие указанные добродетели в жизни. Точно так же и вера становится христианской добродетелью, когда начинает приносить видимые плоды.

Вот, скажем, я искренне верю, что могу стать блестящим бизнесменом. Моя вера побуждает меня действовать, двигаясь к достижению заветной мечты. Я собираю начальный капитал, организую свое предприятие, приглашаю сотрудников, завязываю контакты и так далее. В таком случае вера способствует раскрытию моего потенциала. Она приносит конкретный плод, стимулируя меня двигаться вперед и вверх.

Или я верю, что могу стать выдающимся спортсменом, и потому упорно и кропотливо работаю над собой. Литры пота, тысячи повторов нудных упражнений, неизбежные травмы и спады – все это лишь вехи на пути к цели. Да и тренер постоянно повторяет: «Верь, что у тебя получится, что ты сможешь!»

Наконец, я верю, что могу стать великолепным музыкантом, и посему провожу за инструментом несколько часов в день. Внимательно слушаю наставления своего педагога, слежу за игрой мастеров и прочее и прочее.

Согласитесь, едва ли мы скажем, что вера принесет хоть какую-то пользу, если я просто буду умозрительно верить и сидеть на месте. Как раз тогда-то ко мне будут адресованы слова апостола Иакова: «Покажи мне веру твою без дел твоих, а я покажу тебе веру мою из дел моих» (Иак. 2:18). «Как тело без духа мертво, так и вера без дел мертва» (Иак. 2:26).

Мысль эта отнюдь не принадлежит одному лишь апостолу, но имеет общебиблейский характер. Как пророки Ветхого Завета, так и ученики Христовы говорят об этой незыблемой библейской норме: «Веруешь – живи по вере!» В чем же прежде всего выражается жизнь по вере, согласно Священному Писанию? Ответ прост и однозначен. Жизнь по вере – это жизнь по заповедям, данным Творцом. Чтобы в этом убедиться, обратимся к самому Слову Божию.

Начнем с Ветхого Завета. Ядром всех ветхозаветных книг является так называемое Пятикнижие Моисеево, Тора. Само это слово на русский язык может быть переведено как Закон. И это не случайно. Сердцевиной этой части Библии является совершенно конкретный кодекс норм и правил, которым призван следовать человек Завета, верующий в Создателя и желающий исполнить Его волю. Всем нам хорошо известна стержневая часть этого кодекса – десять заповедей, своеобразная конституция ветхозаветной Церкви. Сегодня часто можно слышать от людей, позиционирующих себя христианами, что эти десять заповедей являются общечеловеческими нормами, по которым мы и так все живем. Конфуз заключается в том, что мало кто может вот так с ходу назвать все эти десять заповедей, по которым якобы живет наше общество. Как правило все вспоминают нормы ветхозаветного «уголовного права»: «Не убей, не укради» и т. д., в то время как положения собственно религиозной этики и морали остаются забытыми. А между тем все это заповеди Божьи, в рамках которых человек должен выстраивать свои отношения с Всевышним. Кстати, само еврейское слово «заповедь» (мицва́) – буквально переводится как приказ, а не просто некая рекомендация от доброго дедушки. Другое дело, что человек обладает свободной волей, позволяющей ему самостоятельно определить, желает ли он подчиниться этим указам свыше или он хочет самостоятельно определять для себя, что хорошо, а что плохо. При этом надо помнить, что полномочий Творца, Вседержителя и Судьи Господь с Себя не снимал. И оцениваться жизнь человека в итоге будет по системе координат Создателя, а не чьей-либо еще.

Обратимся к учительным книгам Ветхого Завета. Здесь этический элемент опять-таки занимает одно из центральных мест. Возьмем хотя бы книгу Притчей царя Соломона. Вся она представляет из себя сборник поучений на тему того, как верующий человек должен выстраивать свою жизнь.

В книгах же ветхозаветных пророков, великолепно знавших Закон Творца, мы встречаем уже не просто изложение его норм, но бичующую критику народа Божия, отказавшегося от пути следования установлениям Всевышнего.

Что касается Нового Завета, здесь опять-таки соблюдение заповедей является главным критерием любви человека к Богу, главным критерием доброкачественности Бого-человеческих отношений. Помимо уже приведенных слов апостола Иакова, вспомним ярчайшие слова Самого Христа: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин. 14:15). Всем известная Нагорная проповедь Иисуса – это не что иное, как квинтэссенция нравственного учения Спасителя.

Львиную долю корпуса апостольских посланий также составляет подробное описание того, как христианин должен выстраивать всю свою жизнь, иначе говоря, это описание не столько образа мысли христианина, сколько образа его жизни, не столько того, как христианин должен веровать, сколько того, как он должен жить по вере.

Не согласные с такой постановкой вопроса часто ссылаются на слова апостола Павла, например, из его Послания к римлянам: «Поверил Авраам Богу и это вменилось ему в праведность» (Рим. 4:3), или: «Праведник верой жив будет» (Рим. 1:17). Они полагают, что апостол свидетельствует здесь о достаточности для спасения человека одной лишь веры в истинность тех положений, которые исповедует христианство, дела же, по их мнению, тут совершенно ни при чем. Однако вот незадача. Если мы обратимся к библейскому повествованию о патриархе Аврааме, то увидим, что вера его была в высшей степени деятельным началом. Авраам поверил Богу и покинул свое насиженное место в Уре Халдейском, своеобразное родовое гнездо, чтобы идти в землю обетованную, по пути, указанному Господом. Авраам верил Богу и регулярно молился Ему, желая узнать Его волю. Авраам верил Богу и согласился принести Ему в жертву самое дорогое, что у него было.

Итак, христианство как религия Откровения исповедует идеал цельного человека, пребывающего в единстве мысли, слова и дела. Оно исповедает веру в Бого-человеческое спасение. Бог призывает Свое разумное творение, человек откликается. Бог предлагает ему Свое учение, человек принимает его и выстраивает свою жизнь в соответствии с ним, Бог спасает человека, человек спасается. Так и происходит Бого-человеческая синергия, соработничество и сотрудничество, взаимодействие двух личностных начал.

Священник Михаил Юров

Материал опубликован в "Вестнике Архангельской Митрополии" №3 за 2018 год.


Возврат к списку




Публикации