Священник Михаил Юров об опасности теологии

Дата публикации:16.09.2020

— Отец Михаил, хотелось бы узнать путь вашего воцерковления.

— Крещён был в детстве, всегда верил в существование Бога, но воцерковился некоторое время спустя после крещения. На пятом курсе появилось желание разобраться в ряде вопросов более детально, предметно и обстоятельно. Что есть христианство? Что оно может дать человеку? Что требует от человека? Какие перспективы открывает? Для того чтобы разобраться в тех вопросах, которые меня давно уже терзали, поступил в ПСТГУ (Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет) на факультет теологии.

— Вопрос к вам как бакалавру теологии. Что является предметом теологии?

— Если спросить трёх разных теологов, что есть теология, то они, наверное, дадут разные ответы. Так же и с ответами на вопрос о предмете философии, если спросить у тех, кто ею занимается. Сегодня можно встретить книгу какого-нибудь маститого философа, которая полностью будет посвящена предмету изучения данной области знаний. С теологией в этом смысле проще. Но здесь нет каких-то шаблонных определений. Конечно, мы можем взять катехизис или пособие по догматическому богословию и посмотреть, что там написано, но это не самый интересный путь. Я бы сказал, что предметом теологии является духовный опыт христианства. Дело в том, что христианство подразумевает определённый образ мысли и определённый образ жизни. По мере нашего прохождения этого пути у нас появляется некоторый опыт. Он накапливается и требует систематизации. Теология — это та наука, которая позволяет нам исследовать этот опыт, его анализировать, систематизировать и описать. Мы можем сказать, что, с одной стороны, предметом теологии является христианство как культурно-исторический феномен, но это слишком обобщенно и ничего, в принципе, не даёт, так как религиоведы скажут, что они исследуют христианство с этих же позиций. При этом религиовед смотрит на христианство извне, а теолог погружается в него и смотрит уже изнутри. У него есть возможность изучать и описывать духовный опыт, так как он сам этим опытом обладает. Хотя сейчас можно встретить теологов, которые являются атеистами.

— Существуют ли отличия теологии от богословия?

— Нужно понимать, что богословие — это прямая калька. Теология — греч. θεολογία от греч. θεός - «Бог» и греч.λόγος — «слово; учение, наука». Учение или наука о Боге. Понятно, что в данном случае Бог не является объектом исследования, который мы препарируем, изучаем всесторонне, проводим какие-то опыты и эксперименты. О предмете теологии мы говорили ранее. А разница между теологией и богословием чисто формальна. Теология — это направление, которое имеет аккредитацию не только церковную, но и государственную, а богословие — только церковную. К примеру, кандидат богословия признаётся только Церковью, кандидат теологии — государством.

— Разные ли предметы изучаются в ПСТГУ на факультетах теологии и богословия?

— Нет, богословский факультет, а специальность — бакалавр теологии. Сейчас уже многие коллеги говорят о том, что пора бы приравнять богословов к теологам, потому что разница только одна — теологам сложнее защититься. Чтобы стать кандидатом богословия, вам нужно собрать только диссертационный совет вашего вуза. А чтобы стать кандидатом теологии, нужно пригласить много других специалистов, причём не только церковных, но и светских, и показать им, что вы занимались не какой-то профанацией, а наукой, которая имеет свою методологию и историю. Первая защита в нашей стране по теологии прошла несколько лет назад: защищался отец Павел Хондзинский. Причём он уже доктор богословия, а защищался как кандидат теологии. Буря эмоций, шквал критики со стороны естественников. Биологи Юрий и Александр Панчины поставили под сомнение теологию как науку. Им вынуждены были показать, что они заблуждаются насчёт гуманитарных наук, ведь подкоп был не только под теологию, но и под все, что не относится к строгим наукам: «Только в физике соль, остальное всё — ноль». Мы с этим категорически не согласны. Мы показываем, что теология — это наука с древнейшей историей и своими методами, то есть это абсолютно состоявшаяся дисциплина.

— Распространено мнение, что теология — не наука. Как можно отстаивать свои позиции, защищая теологию как науку в современном мире?

— Нужно понимать, откуда всплывает этот стереотип. Например, биология — это наука о жизни. Нехитрая операция позволяет применить ту же модель на теологию. Теология — это наука о Боге. Тогда нас просят доказать, что Бог есть. Раз нельзя доказать, что Он существует, то каким образом теология может являться наукой? А как доказать, что Его нет? Но мы говорим о том, что теология — это не столько наука о Боге, сколько наука, которая описывает, анализирует и систематизирует опыт христианства. А это вещь вполне осязаемая. Литургика, догматика, история Церкви, патрология и так далее. Это вещи, которые мы можем увидеть, послушать, потрогать, тогда почему мы их не можем описать? Если мы все это грамотно и методично делаем, то это наука. В науке главное — метод. Если он есть, а в теологии есть свой метод, который схож с методом любой другой гуманитарной науки, то почему это не наука? Ведь утверждение, что теология — не наука, потому что мы не можем поставить какой-то эксперимент в лаборатории, алогично.

— Тогда и история тоже не может считаться наукой, если подходить с данной точки зрения.

— Поэтому такие претензии — это подкоп под гуманитарную науку как таковую. В истории есть какие-то артефакты, тексты. У теологии так же есть артефакты и тексты, чем тогда мы в этом смысле отличаемся методологически от историков?

— Вы сказали ранее о том, что существуют теологи-атеисты. Существует даже светская теология. Что кроется в данном понятии? Какова логика тех людей, которые создали это направление?

— Я рискну предположить, что речь идёт о секулярной теологии, сторонники которой позиционируют себя как исследователи и стараются быть максимально объективными. Без доказательств не принимается ничего. То есть если христиане 2000 лет априори считали так, но это не подтверждается текстами или находками, то внецерковный теолог не будет в это верить. И таких сейчас очень много. К примеру, Альберт Швейцер, протестантский теолог, который придерживался по сути атеистических взглядов. И при этом никто из них не оспаривает, что они занимаются наукой. Потому что это наука в любом случае. Это мы с ними уже будем дискутировать. Как можно заниматься физикой и не верить в её существование? Но, с другой стороны, мы сказали, что предметом теологии является не Бог, а духовный опыт человечества, что можно исследовать вполне объективно. Мы можем быть не согласны с видением мира древних египтян, вавилонян, евреев, но их опыт мы можем описать.

— Для чего тогда атеисты начинают заниматься теологией? Не хотят ли они попытаться доказать существование Бога?

— Есть люди, которые начали заниматься теологией, будучи верующими людьми, а закончили убежденными атеистами. Потому что честный учёный не боится вопросов, а в теологии очень много вопросов, на которые ты сразу не можешь найти ответ или ответ тебя не удовлетворяет. Сколько людей сломалось на изучении параллелей Библии с другими ближневосточными культурами. Аккадский «Энума элиш» и повествование о сотворении человека; Утнапиштим —персонаж месопотамской мифологии, который выжил в потопе, и Ной и его потомство. Все это считается более древними в сравнении с евреями, соответственно, люди сделали вывод: евреи все взяли, скомпилировали, переписали, в результате чего и появилась Библия. На почве этого они и сломались. Сказали, что это просто собрание каких-то еврейских сказок, которые не имеют отношения к нашей жизни. Они принимали Библию как истину в последней инстанции с точки зрения истории и географии. Стали её изучать с разных углов зрения, появилось много вопросов, и вера пошатнулась. Значит, была не очень крепкая. Это я уже говорю как священник.

— Теология — новая наука для современного российского образования. С чем связан интерес появления факультетов теологии даже в светских вузах?

— Дело в том, что для европейского образовательного пространства Старого Света — Бельгия, Франция, Германия — это нормальная наука, которая финансируется даже государством. И ни у кого никаких вопросов не возникает. У нас ломаются копья, идут споры о теологии как науке. Посмотрите на зарубежье, на которое любят ссылаться: там это было и есть. Почему же здесь этого не может быть? Но людей слишком долго обстреливали научным атеизмом и вбили в голову убеждение, что Церковь «пудрит мозги». Практически все доказательства, если можно так сказать, отсутствия Бога вращаются вокруг одного: «А вы там были? А вы Его видели?» Но я бы не сказал, что интерес к теологии очень широкий. Наше образование немодное. Оно, с одной стороны, немного элитарное, потому что широкого рынка труда нет для специалистов. Значит, человек туда идёт либо по очень глубоким убеждениям, либо он ярко выраженный энтузиаст, который может учиться для себя. Поэтому, как мне кажется, здесь некий флёр элитарности есть. Открываются кафедры теологии по одной простой причине: если аккредитовали научную специальность, то должны быть образовательные стандарты; должны быть учебные заведения, которые будут выпускать специалистов.

— Известно, что планируется создание кафедры теологии в САФУ. На каком этапе сейчас находится процесс? И кого видите в числе студентов?

— Основываться наша специальность будет на базе кафедры культурологии и религиоведения. Направление: «Религиозные аспекты русской культуры». И сначала планируется открыть магистратуру. Нам нужны уже интересующиеся люди, которые имеют высшее образование, но хотят отшлифовать свои знания в данной области. Сейчас все находится на стадии получения лицензии.

— То есть среди своих студентов вы бы хотели увидеть людей, которые уже самостоятельно пришли к вере и хотели бы изучить её глубже?

— Магистратура подразумевает базу. Какая это будет база — весьма интересно. Потому что бакалавров теологии сейчас очень немного. Я думаю, что могли бы некоторые священники развиваться в этом направлении. Да и светские специалисты, которые просто хотят заниматься научной деятельностью.

— Где может реализовать себя теолог?

— Теологи устраиваются экспертами-специалистами в различные государственные структуры. В церковном аппарате, при миссионерском отделе, при образовательном отделе. Музейный работник, работник культуры в самом широком смысле этого слова. Когда человек занимается теологией, он такой широкий пласт материала исследует, начиная от истории и заканчивая культурологией, что он в принципе должен быть гуманитарно очень подкован.

***

Блиц-опрос

— Любимые книги?

— «Братья Карамазовы», «Преступление и наказание», Достоевского; «Гамлет», «Король Лир», «Ромео и Джульетта» Шекспира, «Тарас Бульба», «Ревизор» Гоголя; «Маленькие трагедии», «Евгений Онегин» Пушкина; «Портрет Дориана Грея» Уайльда; античная классика — Эсхил, Софокл и Еврипид, любимая трагедия — «Царь Эдип» Софокла.

— Любимые фильмы?

— «Матрица» (1999), «Троя» (2004), «Гладиатор» (2000), «Космическая одиссея 2001 года» (1968), «Пролетая над гнездом кукушки» (1975), «Амадей» (1984), «Маленькие трагедии» (1979), «Андрей Рублев» (1966), «Сталкер» (1979).

— Любимая музыка?

— Deep Purple, Led Zeppelin, Uriah Heep, Doors, Chuck Berry.

— Какой период из истории вам наиболее интересен?

— Тот, в котором мы живём сейчас.

— Какое событие из прошлого вы бы хотели увидеть своими глазами?

— Тайная вечеря. Но я, кстати, регулярно думал, что я хотел бы стать свидетелем многих событий, начиная от последнего разговора Гая Юлия Цезаря и заканчивая чем-нибудь очень близким к нам.

Интервьюер: Барыбина Юлия

Источник: группа архангельского Успенского храма ВКонтакте

Возврат к списку




Публикации